Древняя поэзия

Средневековая европейская поэзия

Поэзия востока

Европейская классическая поэзия

Древнерусская поэзия

Поэзия пушкинского времени

Русские поэты конца девятнадцатого века

Русские поэты начала 20 века

Поэзия военной поры

Шестидесятники и поэты конца социалистической эпохи

Поэтическая трибуна

Викторина по теме поэзии

ФЕДР. БАСНИ

Пролог

Эзоп для басен подобрал предмет, а я
Отполировал стихами шестистопными.
Двойная в книжке польза: возбуждает смех
И учит жить разумными советами.
А если упрекнут меня за то, что здесь
Не только звери, а и деревья речь ведут,
Пусть вспомнят: это все—смешной лишь вымысел.

Волк и ягненок

У ручейка ягненок с волком встретились,
Гонимые жаждой. По теченью выше — волк,
Ягненок ниже. Мучим низкой алчностью,
Разбойник ищет повода к столкновению.
«Зачем, — он говорит, — водою мутною
Питье мне портишь?» Кудрошерстный в трепете;
«Могу ли я такую вызвать жалобу?
Ведь от тебя ко мне течет вода в реке».
Волк говорит, бессильный перед истиной:
«Но ты меня ругал тому шесть месяцев».
 А тот: «Меня еще и на свете не было».—
«Так, значит, это твой отец ругал меня»,—
И так порешив, казнит его неправедно.
         О людях говорится здесь, которые
Гнетут невинность, выдумавши поводы.

Корова, коза, овца и лев

О том, как ненадежна дружба с сильными,
Свидетельством послужит эта басенка.
        Коза, корова и овца несчастная
Однажды вместе со львом в лесу охотились.
Они оленя изловили тучного;
Лев, разделивши тушу, заявил им так:
«Беру я первую часть за то, что львом зовусь;
Вторую — за то, что был я вам союзником;
За то, что я сильней, мне третья следует;
И горе тому, к четвертой кто притронется».
Так всю добычу забрало насилие.

Волк и журавль

        Кто ждет от негодяя благодарности,
Грешит вдвойне: услугой недостойному
И тем, что сам уж из беды не вылезет.
        Застряла как-то раз у волка в горле кость.
Жестокой мучаясь болью, стал он каждого,
Суля награду, умолять о помощи.
Журавль, его поддавшись заверениям,
Доверил волчьей пасти шею длинную
И, врачеванье совершив опасное,
Обещанной награды у волка требует.
А тот: «Из пасти цел унес ты голову —
Чего тебе еще, неблагодарному?»

Лиса и ворон

        Кто любит слышать похвалы коварных уст,
Позорно тот, наказанный, раскается.
       Когда похитил ворон сыр с оконницы
И съесть его хотел, присев на дерево,
Лиса, подкравшись, завела такую речь:
«Ах, ворон, как твои сияют перышки,
Как ты лицом прекрасен и осанкою!
Будь голос у тебя — всех птиц затмил бы ты!»
Тот, сдуру вздумав отличиться пением,
Из клюва выпускает сыр, который вмиг
Лисы коварной пасть хватает жадная.
И лишь тогда воронья дурь раскаялась.
[Отсюда видно, что всего важнее ум:
Сама добродетель уступает хитрости].

Лиса и аист

        Не делай зла: иначе, учит басенка,
Тебе твои же плутни будут карою.
       Лиса к обеду пригласила аиста
(Гласит молва) и на тарелку плоскую
Похлебки жидкой налила, которую
Не склюнуть было аисту голодному.
Ответный пир готовя, аист кашею
Кувшин наполнил и, клюв туда просунувши,
Наелся сам, замучив гостью голодом.
И так сказала птица перелетная
Лисе, края кувшина тщетно лижущей:
"Кто дал пример - терпи от тех, кто брал пример".

Петух к жемчужине

       В навозной куче петушок молоденький,
Искав себе еду, нашел жемчужину.
«В негожее место,—молвил он,—попала ты!
Узнай о том умеющий ценить тебя —
Тотчас бы ты вернулась к блеску прежнему.
А в том, что я, кому еда стократ нужней,
Нашел тебя — нет пользы ни тебе, ни мне».
       Пишу для тех, кто не умел понять меня.

Ласка и мыши

       По-твоему, шутя пером я балуюсь
Лишь потому, что неспособен к большему?
Но вдумайся-ка в эти прибауточки:
Какая за ними польза обнаружится!
Не все то есть, что кажется: обманчивым
Бывает первый взгляд; не всяк доищется,
Что в дальней норке бережно припрятано.
Тебе в награду к этим рассуждениям
О ласке и мышах добавлю басенку.
        Как стало невмочь, годами обессиленной,
Гоняться ласке за мышами ловкими,
В муке вся обвалявшись, залегла она,
Где потемнее. Мышь, прельстясь поживою,
К ней подскочила и смерть нашла в когтях ее.
Другая, третья гибнут тем же образом;
Но вслед над ними мышь пришла матерая,
В силках и мышеловках побывавшая,
И говорит, постигнув вражий замысел:
«Коль ты мука — мукою и лежи себе!»

Лиса и виноград

      Под лозами лиса, терзаясь голодом,
До виноградных гроздьев вспрыгнуть силилась,
Но не смогла, и уходя, промолвила:
«Еще незрел он: не люблю кислятины!»
       Кто на словах порочит непосильное,
Свое здесь должен видеть поведение.

Замерзшая змея и крестьянин

Кто помогает злым, потом раскается.
Змею, совсем замерзшую от холода,
Себе на горе кто-то пригрел за пазухой,
А она, ожив, тотчас его ужалила,
И на вопрос, зачем она это сделала,
Сказала: «Чтобы впредь не помогали злым».

Гора рождающая

     Рожала гора с неслыханными стонами,
И вся земля томилась в ожидании,
А родилася мышь. Для тех написано,
Кто обещает много, а выходит вздор.

Перевод М. Гаспарова